сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
http://crocs.su/ как отличить оригинальные настоящие crocs крокс.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Черный обелиск → VIII

– И майор Волькенштейн, и Союз ветеранов, – добавляет староста. – Все они горячие патриоты.

– И если бы вы даже попытались, вам все равно едва ли удалось бы потом продать здесь хоть один памятник.

Письмоводитель ухмыляется уже с неприкрытой язвительностью.

– Еще стаканчик? – предлагает Деббелинг и тоже ухмыляется. Мы попали в ловушку. Сделать ничего нельзя.

В эту минуту мы видим, что какой-то человек бежит через двор.

– Господин староста! – кричит он в окно. – Идите скорей! Беда!

– Что случилось?

– Да с Бесте! Они этого столяра… Они хотели сорвать флаг, тут оно и случилось!

– Разве Бесте стрелял? Проклятый социалист!

– Нет! Бесте… он ранен…

– Больше никто?

– Нет, только Бесте…

Лицо Деббелинга проясняется.

– Ах, вот что! Так ради чего же вы поднимаете такой шум?

– Он не может встать. У него кровь идет горлом.

– Наверно, получил хорошенько по роже, – поясняет письмоводитель. – А зачем он людей раздражает? Сейчас идем. Все надо делать спокойно.

– Вы нас, конечно, извините, – с достоинством обращается к нам Деббелинг, – я лицо официальное и должен расследовать дело. Наши расчеты придется отложить.

Он уверен, что теперь окончательно избавился от нас, и надевает сюртук. Мы вместе с ним выходим на улицу. Он не слишком торопится. И мы знаем, почему. Когда он явится, все уже успеют позабыть, кто именно избил Бесте. Известная история.

Бесте лежит в тесных сенцах своего дома. Рядом с ним – разорванный флаг республики. Собравшаяся перед домом кучка людей переминается с ноги на ногу. Из железной гвардии нет никого.

– Что тут произошло? – спрашивает Деббелинг жандарма, стоящего у двери дома с записной книжкой в руках.

Жандарм начинает докладывать.

– Вы были при этом? – перебивает его Деббелинг.

– Нет. Меня позвали потом.

– Хорошо. Итак, вы ничего не знаете! Кто присутствовал?

Молчание.

– Вы не посылаете за врачом? – спрашивает Георг.

Деббелинг сердито смотрит на него.

– Разве это нужно? Немного холодной воды…

– Да, нужно. Человек умирает.

Деббелинг быстро поворачивается и склоняется над Бесте.

– Умирает?

– Умирает. Он истекает кровью. Может быть, есть и переломы. Такое впечатление, что его сбросили с лестницы.

Деббелинг смотрит на Георга Кроля долгим взглядом.

– Пока это ведь только ваше предположение, господин Кроль, и больше ничего. Состояние Бесте определит окружной врач.

– А разве к нему сюда не вызовут врача?

– Уж предоставьте это решать мне! Пока еще я здешний староста, а не вы. Поезжайте за доктором Бредиусом, – обращается он к двум парням с велосипедами. – Скажите, несчастный случай.

Мы ждем. На одном из велосипедов подъезжает Бредиус. Он соскакивает, входит в сени, склоняется над столяром.

Выпрямившись, врач заявляет:

– Этот человек умер.

– Умер?

– Да, умер. Это ведь Бесте? Тот, у которого прострелено легкое?

Староста растерянно кивает.

– Да, Бесте. Про то, что у него ранение в легкое, мне ничего не известно. Но, может быть, с перепугу… У него было плохое сердце…

– От этого не истекают кровью, – сухо заявляет Бредиус. – Что тут произошло?

– Вот это мы как раз и выясняем. Прошу остаться только тех, кто может дать свидетельские показания. – Он смотрит на нас с Георгом.

– Мы потом вернемся, – говорю я.

Вместе с нами уходит и большинство собравшихся здесь людей. Поменьше будет свидетелей.

Мы сидим в «Нидерзексишергоф». Я давно не видел, чтобы Георг был в такой ярости. Входит молодой рабочий. Он подсаживается к нам.

– Вы были при этом? – спрашивает его Георг.

– Я был при том, как Волькенштейн подговаривал людей сорвать флаг. Он называл это «стереть позорное пятно».

– А сам Волькенштейн участвовал?

– Нет.

– Разумеется, нет. А другие?

– На Бесте накинулась целая орава. Все были пьяны.

– А потом?

– Мне кажется, Бесте стал защищаться. Они, конечно, не хотели его совсем прикончить. И все-таки прикончили. Бесте старался удержать флаг, тогда они спихнули его древком с лестницы. Может быть, слишком сильно по спине ударили. Ведь пьяный своей силе не хозяин.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6