сайт, посвященный творчеству писателя

Косынки купить оптом

косынки купить оптом

revera.ru

Изготовление промышленных макетов

Архитектурные и промышленные макеты для выставок и отделов продаж

bestmaket.ru

Купить гостиничные чеки

Купить чеки с подтверждением и без проблем

чек-отеля.рф

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Черный обелиск → XIII

– А что тут Эдуарду разрешать? – спрашивает Герда. – Он только рад, когда я обедаю с его друзьями. Верно, Эдуард?

Эта змея уже зовет его просто по имени.

– Разумеется, ничего не имею против, конечно, только приятно… – заикаясь, отвечает Эдуард.

Я наслаждаюсь его видом: он взбешен, побагровел и злобно улыбается…

– Красивый у тебя бутон, – замечаю я. – Ты что, на положении жениха, или это просто любовь к природе?

– Эдуард очень чуток к красоте, – отвечает за него Герда.

– Это да, – соглашаюсь я. – Разве тебе подали сегодня обычный обед? Унылые битки по-кенигсбергски в каком-нибудь безвкусном немецком соусе?

Герда смеется:

– Эдуард, покажи, что ты настоящий рыцарь! Разреши мне пригласить пообедать твоих друзей! Они постоянно утверждают, будто ты ужасно скуп. Давай докажем им обратное. У нас есть…

– Битки по-кенигсбергски, – прерывает ее Эдуард, – хорошо, пригласим их на битки. Я позабочусь, чтобы они были экстра и вам подали…

– Седло косули, – заканчивает Герда. Эдуард пыхтит, как неисправный паровоз.

– Разве это друзья? – заявляет он.

– Что такое?

– Да мы с тобой кровные друзья, как ты с Валентином, – говорю я. – Помнишь наш последний разговор в клубе поэтов? Хочешь, я повторю его вслух? Каким размером ты теперь пишешь стихи?

– Так о чем же вы там говорили? – спрашивает Герда.

– Ни о чем, – поспешно отвечает Эдуард. – Эти двое никогда слова правды не скажут. Остряки, убогие остряки, вот они кто! Понятия не имеют о том, насколько жизнь серьезна.

– А насчет серьезности жизни, думаю, что, кроме могильщиков да гробовщиков, никто не знает ее лучше, чем мы.

– Ну, вы! Вы видите только нелепые стороны смерти, – вдруг ни с того ни с сего заявляет Герда. – А потому перестали понимать серьезность жизни.

Мы смотрим на нее, обалдев от удивления. Это уже, несомненно, стиль Эдуарда. Я чувствую, что сражаюсь за потерянную территорию, но еще не имею сил отступить.

– Откуда у тебя эти мысли, Герда? – спрашиваю я. – Эх ты, сивилла, склоненная над темными прудами меланхолии!

Герда смеется:

– Вы всю жизнь только и думаете, что о могильных камнях. А другим не так легко заинтересоваться могилами. Вот, например, Эдуард – это соловей.

На жирных щеках Эдуарда расцветает улыбка.

– Так как же насчет седла косули? – спрашивает Герда.

– Что ж, в конце концов, почему бы и нет?

Эдуард исчезает. Я смотрю на Герду.

– Браво! – восклицаю я. – Первоклассная работа. Как прикажешь все это понимать?

– Не делай лицо обиженного супруга, – отвечает она. – Просто радуйся жизни, и все.

– А что такое жизнь?

– Именно то, что в данную минуту происходит.

– Браво! – на этот раз восклицает Георг. – И сердечное спасибо за ваше приглашение. Мы в самом деле очень любим Эдуарда; только он нас не понимает.

– Ты тоже его любишь? – обращаюсь я к Герде.

Герда смеется.

– Какой он еще младенец, – говорит она Георгу. – Вы не могли бы хоть немного открыть ему глаза на то, что не все и не всегда его собственность? Да еще если он сам для этого ничего не делает.

– Я неутомимо тружусь, стараясь просвещать его, – отвечает Георг. – Но в нем есть куча препятствий, которые он называет идеалами. Когда он наконец заметит, что это всего-навсего эгоистический снобизм, он исправится.

– А что такое эгоистический снобизм?

– Юношеское тщеславие.

Герда так хохочет, что даже стол дрожит.

– Что ж, по-моему, это неплохо, – заявляет она. – Но без разнообразия надоедает. От фактов никуда не уйдешь.

Я остерегаюсь спросить ее, действительно ли от. фактов не уйдешь. Герда сидит передо мной честно и уверенно и держит нож стоймя в ожидании второй порции косули. Лицо у Герды округлилось; она за счет Эдуарда уже пополнела, она сияет и ничуть не смущена. Да и почему бы ей смущаться? Какие фактические права я на нее имею? И кто кого в данную минуту обманывает?

– Верно, – говорю я. – И я оброс атавистическим эгоизмом, как скала мохом. Меа culpa.[9]

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7