сайт, посвященный творчеству писателя

Вскрытие сейфов

Захлопнулась или заклинило дверь или сейф? Потерялся ключ? Звоните нам

safelock.ru

Мягкая кровля

Поставщики кровельных материалов, монтаж кровли - вся информация на портале

rsk-kratos.ru

Фотон запчасти

Запчасти для китайских автомобилей

avto-kitaec.ru

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Полезная информация окна для балкона "Балконы харьков".
Эрих Мария Ремарк

Книги → Черный обелиск → XVI

– С этим обращайтесь к вдове булочника Нибура или к своей матушке, – отвечаю я. – Как видно, в республике по воскресеньям не выпекают свежего хлеба. Неслыханное безобразие! В кайзеровской Германии было совсем по-другому!

Генрих бросает на меня злобный взгляд.

– Где Георг? – спрашивает он отрывисто.

– Я не сторож вашему брату, господин Кроль, – отвечаю я громко цитатой из Библии, чтобы известить Георга о новой опасности.

– Нет, но вы служащий моей фирмы. И я предлагаю вам отвечать как подобает.

– Сегодня воскресенье. А по воскресеньям я не служащий. И сегодня я только по доброй воле, из безграничной любви к моей профессии и дружеского уважения к главе оденвэльдского гранита спустился вниз в такую рань. Даже не побрившись, как вы, вероятно, заметили, господин Кроль.

– Видите! – с горечью восклицает Генрих, обращаясь к Ризенфельду. – Поэтому мы и войну проиграли! Во всем виноваты наша расхлябанная интеллигенция и евреи.

– И велосипедисты, – добавляет Ризенфельд.

– При чем тут велосипедисты? – в свою очередь, удивляется Генрих.

– А при чем тут евреи? – отвечает вопросом на вопрос Ризенфельд.

Генрих смущен.

– Ах так, – замечает он вяло. – Острота. Пойду разбужу Георга.

– Я бы не стал его будить, – заявляю я очень громко.

– Будьте любезны, воздержитесь от советов!

Генрих подходит к двери. Я его не удерживаю. Георг же не глухой и, наверное, уже принял меры.

– Пусть спит, – говорит Ризенфельд. – У меня нет желания вести долгие разговоры в такой ранний час.

Генрих останавливается.

– Почему бы вам не прогуляться с господином Ризенфельдом и не побыть среди свежей Божьей природы? – спрашиваю я. – Когда вы вернетесь, все уже встанут, яйца с салом будут шипеть на сковородке, для вас испекут свежие булочки, букет только что сорванных гладиолусов украсит мрачные урочища смерти и вас встретит Георг, выбритый, благоухающий одеколоном.

– Боже сохрани, – бормочет Ризенфельд. – Я остаюсь здесь и буду спать.

Я в недоуменье пожимаю плечами. Вытащить его из дому, как видно, не удастся.

– Ну что ж, – говорю я. – Пойду пока славить Господа.

Ризенфельд зевает.

– Вот не думал, что религия здесь в таком почете. Бог – туда, Бог сюда, кидаетесь им, словно камешками.

– В том-то и горе! Мы все с ним на слишком короткой ноге. Бог был раньше закадычным другом всех кайзеров, генералов и политиков. При этом мы не смели даже упоминать имя Божье. Но я иду не молиться, а только играть на органе. Пойдемте со мной!

Ризенфельд отрицательно качает головой. Больше я ничего не могу сделать. Пусть Георг сам выпутывается. Мне остается только уйти, может быть, тогда уберутся и эти двое. Относительно Генриха я не беспокоюсь: Ризенфельд от него уж как-нибудь отделается.

Город полон свежестью утренней росы. До начала обедни еще два часа. Медленно иду по улицам. Я не привык гулять так рано. Легкий ветерок до того мягок, что кажется, будто доллар вчера упал на двести пятьдесят тысяч марок и потом больше не поднимался. Некоторое время я пристально смотрю на тихое течение реки, затем на витрину фирмы «Бок и сыновья». Фирма выпускает горчицу, которая выставлена на витрине в миниатюрных бочоночках.

Кто-то хлопает меня по плечу, и я прихожу в себя. За моей спиной стоит долговязый тощий человек с опухшими глазами. Это известный пьяница и зануда Герберт Шерц. Я с неудовольствием смотрю на него.

– Доброе утро или добрый вечер? – спрашиваю я. – Еще не ложились или уже встали?

Герберт громко икает. Волна едкого запаха бьет мне в лицо, и у меня едва слезы не выступают на глаза.

– Так, – говорю я. – Значит, еще не ложились. Неужели вам не стыдно? И что за причина так напиваться? Шутка? Что-нибудь серьезное? Ирония или самое обыкновенное отчаяние?

– Праздновали основание нового союза. Я неохотно острю относительно фамилий,[11] но Герберту это доставляет только удовольствие.

– Шутки в сторону, – говорю я.

– Основание нового союза, – самодовольно повторяет Герберт. – Мое вступление в качестве нового члена. Надо было угостить правление. – Он смотрит на меня несколько секунд, затем торжествующе произносит: – Союз стрелков «Старые камрады». Понимаете?

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7 8 9