сайт, посвященный творчеству писателя

заборы во владимире

kcd33.ru

урологические клиники, урология в Москве

clinica-akopyana.ru

www.pizzasushiwok.ru доставка суши на дом тушино

pizzasushiwok.ru

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Черный обелиск → XXIII

– А почему же она торчит здесь так часто?

– Где?

– Да здесь!

– Понять не могу, о чем вы говорите, – отвечаю я. – Может быть, она несколько раз говорила из конторы по телефону, допускаю. Женщины любят говорить по телефону, особенно когда они много бывают одни. Поставьте ей телефон!

– Она и ночью сюда ходит! – заявляет Вацек. Мы все еще стоим друг против друга, разделенные обелиском.

– Она недавно была здесь ночью, когда фельдфебеля Кнопфа принесли домой в тяжелом состоянии, – отвечаю я. – А ведь обычно она работает по ночам в «Красной мельнице».

– Это она уверяет, но…

Нож в его руках опущен. Я беру с цоколя фотокарточку Герды и, обогнув обелиск, подхожу к Вацеку.

– Вот, – говорю я. – Теперь можете меня колоть и резать, сколько вашей душе угодно. Но мы можем и поговорить. Чего вы хотите? Заколоть человека ни в чем не повинного?

– Это нет, – отзывается Вацек. – Но… Выясняется, что ему открыла глаза вдова Конерсман. Мне слегка льстит сознание того, что она из всех обитателей дома заподозрила в блуде только меня.

– Слушайте, – обращаюсь я к Вацеку. – Если бы только вы знали женщину, из-за которой я схожу с ума! Вы бы меня не заподозрили! А впрочем, сравните хотя бы фигуры. Вы ничего не замечаете?

Вацек тупо смотрит на фотографию Герды, где написано: «Людвигу с любовью от Герды». Но что он в состоянии заметить одним глазом?

– Похоже это на фигуру вашей жены? – спрашиваю я. – Только рост одинаковый. Впрочем, может быть, у вашей жены есть красно-рыжий широкий плащ наподобие накидки?

– Ясно, есть, – отвечает Вацек снова с некоторой угрозой. – И что же?

– У моей дамы – такой же. Этих плащей всех размеров сколько угодно в магазине Макса Клейна на Гроссештрассе. Сейчас они очень в моде. Ну, а старуха Конерсман полуслепая, вот вам и разгадка.

У старухи Конерсман глаза зоркие, как у ястреба. Но чему не поверит рогатый муж, если ему хочется верить?

– Поэтому она их и спутала, – поясняю я. – Дама, снятая на карточке, несколько раз приходила сюда ко мне в гости. Надеюсь, она имеет право прийти или нет?

Я облегчил Вацеку все дело, ему остается только ответить «да» или «нет». Сейчас ему достаточно кивнуть.

– Хорошо, – говорю я. – И поэтому вы человека ночью чуть не зарезали?

Вацек тяжело опускается на ступеньки крыльца.

– Ты тоже меня сильно потрепал, дружище, посмотри на меня.

– Глаз цел.

Вацек ощупывает подсыхающую черную кровь.

– Если вы будете продолжать в том же духе, то скоро попадете в тюрьму,

– замечаю я.

– Что я могу поделать? Такая уж у меня натура.

– Заколите себя, если вам необходимо кого-нибудь заколоть. Это избавит вас от многих неприятностей.

– Иногда мне даже хочется прикончить себя. Ну как же мне быть? Я с ума схожу по этой женщине. А она меня терпеть не может.

Я вдруг чувствую себя растроганным и уставшим и сажусь на ступеньки рядом с Вацеком.

– А все мое ремесло! – говорит он с отчаяньем. – Она ненавидит этот запах, дружище. Но ведь если много режешь лошадей, от тебя пахнет кровью!

– А у вас нет другого костюма? Чтобы переодеться, когда вы возвращаетесь с бойни?

– Нельзя этого. Иначе другие мясники подумают, что я хочу быть лучше их. Да и все равно я насквозь пропитан запахом. Его не вытравишь.

– А если хорошенько мыться?

– Мыться? – удивляется Вацек. – Где? В городских банях? Они же закрыты, когда я в шесть утра возвращаюсь с бойни.

– Разве на бойнях нет душа?

Вацек качает головой.

– Только шланги, чтобы мыть пол. А становиться под них сейчас уже холодно, осень.

С этим я не могу не согласиться. Ледяная вода в ноябре – небольшое удовольствие. Будь Вацек Карлом Брилем, это бы его не испугало. Карл зимой прорубает на реке лед и плавает вместе с членами своего клуба.

– А как насчет туалетной воды? – спрашиваю я.

– Не могу ею пользоваться. Другие мясники решат, что я гомосексуалист. Вы не знаете, каковы люди на бойнях.

– А что, если бы вам переменить профессию?

– Я ничего другого не умею, – уныло отвечает Вацек.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7