сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Черный обелиск → XXIV

– Смирно, негодяи!

Часть агрессоров невольно вздрагивает. Затем в бой вступают члены певческого союза – и мы свободны.

Я выпрямляюсь. Вдруг стало тихо. Агрессоры бежали. Они утаскивают с собою своих раненых. Герман Лотц возвращается. Он, как центавр, догнал бегущего противника и наградил кого-то еще одной железной оплеухой. Наш урон не очень велик. У меня на голове шишка с добрую грушу и ощущение, что сломана рука. Но она не сломана. Кроме того, меня тошнит. Я слишком много выпил, чтобы боданье в живот могло доставить мне удовольствие. И снова меня мучит воспоминание о чем-то, чего я не могу вспомнить. Что же это все-таки?

– Если бы я мог глотнуть водки, – говорю я.

– И получишь ее, – отвечает Бодо Леддерхозе. – Только уйдем скорей отсюда, пока не явилась полиция.

В этот миг раздается звонкий шлепок. Удивленные, мы оборачиваемся. Лиза кого-то ударила.

– Пьяница проклятый! – спокойно говорит она. – Вот как ты заботишься о доме и о жене…

– Ты… – клокочущим голосом отвечает кто-то.

Лиза дает вторую оплеуху. И тут вдруг узел моих воспоминаний распутывается. Вацек! Вон он стоит и почему-то прижимает руки к заднице.

– И это мой супруг! – на весь рынок заявляет Лиза, ни к кому не обращаясь. – Приходится быть женой такого вот сокровища!

Вацек не отвечает. Кровь льется по его лицу. Прежняя рана на лбу, которую я нанес ему, снова открылась. Кроме того, и с волос его капает кровь.

– Это вы его так отделали? – вполголоса спрашиваю я Ризенфельда. – Портфелем?

Он кивает и внимательно разглядывает Вацека.

– Бывают же встречи, – говорим мы.

– А что у него с задницей, почему он держится за нее?

– Его ужалила оса, – поясняет Рене де ла Тур и вкалывает длинную шпильку в серебристо-голубую бархатную шапочку, сидящую на ее кудрях.

– Примите мое глубочайшее уважение! – Я отвешиваю ей поклон и подхожу к Вацеку. – Так, – говорю я, – теперь мне известно, кто боднул меня головой в живот! Это что же, благодарность за советы, как лучше наладить свою жизнь?

Вацек удивленно уставился на меня.

– Вы? Но я же вас не узнал! Господи!

– Он никогда никого не узнает, – саркастически заявляет Лиза.

Вацек представляет собой печальное зрелище. При этом я вижу, что он буквально последовал всем моим указаниям. Гриву свою он коротко подстриг – удар, нанесенный Ризенфельдом, оказался тем чувствительнее, – на нем даже новая белая рубашка, но в результате кровь на ней гораздо заметнее, чем была бы на цветной. Вот уж не везет так не везет!

– Пошли домой! Пьяница! Буян! – говорит Лиза и уходит. Вацек послушно плетется за ней. Они идут через рынок, одинокая пара. Никто не следует их примеру. Георг помогает Лотцу кое-как прикрепить к плечу протез.

– Пошли, – говорит Леддерхозе, – в моей пивной вы еще можете чего-нибудь глотнуть. Ведь мы – свои люди!

Сидим некоторое время с Бодо и членами его союза. Затем отправляемся домой. Подкрадывается серый рассвет. Мимо нас проходит мальчишка-газетчик. Ризенфельд делает ему знак и покупает газету. В ней крупными буквами напечатано:

«КОНЕЦ ИНФЛЯЦИИ!

ОДИН БИЛЛИОН – ОДНА МАРКА!»

– Что скажете?

– Ребята, я ведь, может быть, действительно уже банкрот, – заявляет Вилли. – Я еще спекулировал на понижении курса. – Он огорченно смотрит на свой серый костюм, потом на Рене. – Как нажился, так и прожился, но что такое деньги, верно?

– Деньги – вещь очень важная, – холодно отвечает Рене. – Особенно когда их нет!

Мы с Георгом идем по Мариенштрассе.

– Как странно, что Вацеку дали трепку именно я и Ризенфельд, – говорю я. – А не ты. Ведь было бы естественнее, если бы дрались друг с другом вы!

– Конечно, но это было бы более несправедливо.

– Несправедливо? – удивляюсь я.

– Ну, в более сложном смысле. Сейчас я слишком устал, чтобы объяснять. Мужчинам, которые уже полысели, не следовало бы драться. Им следовало бы философствовать.

– Тогда тебе предстоит очень одинокая жизнь. Кажется, в воздухе вообще запахло драками.

– Не думаю. Какой-то отвратительный карнавал кончился. Разве сейчас все не напоминает космический великий пост? Гигантский мыльный пузырь лопнул.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7 8