сайт, посвященный творчеству писателя

Алкоголизм? Теперь излечимо

Помощь при депрессии, неврозах, страхах. Советы и тесты.

notdrink.ru

бухты спиральной намотки

fruitoil.ru

1jz

total-auto.com.ua

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Ночь в Лиссабоне → 10

– Итак, все ложь, – сказал он. – Недаром мне сразу показалось что тут дурно пахнет.

– Чему же тут удивляться? – возразил я. – Всюду, где появляетесь вы, начинает вонять.

Елена засмеялась.

– Перестань! – прорычал Георг.

– Лучше вы перестаньте, – сказал я. – Или я прикажу выкинуть вас за дверь.

– Почему вы не попробуете сделать это сами?

Я покачал головой.

– Вы на сорок фунтов тяжелее, чем я. Ни один рефери не свел бы нас в схватке на ринге. Что вам здесь надо?

– Это вас не касается, вы дерьмо, изменник. Вон отсюда! Я хочу говорить с моей сестрой.

– Останься! – быстро сказала Елена. Глаза ее сверкали от гнева. Она медленно поднялась и взяла в руки мраморную пепельницу. – Еще одно слово в таком тоне, и я швырну ее в твою физиономию.

Она сказала это совершенно спокойно.

– Ты не в Германии, – добавила она.

– К сожалению, еще нет. Но подождите – и здесь скоро будет Германия.

– Нет, здесь никогда не будет Германии, – сказала Елена. – Может быть, ваша вшивая солдатня и завоюет эту землю на время, но она все же останется Францией. Ты явился для того, чтобы обсуждать именно этот вопрос?

– Я явился для того, чтобы увезти тебя домой. Ты представляешь, что с тобой будет, если обрушится война?

– Довольно слабо.

– Тебя посадят в тюрьму.

Я увидел, что она на секунду растерялась.

– Может быть, нас посадят в лагерь, но это будет лагерь для интернированных, а не концлагерь, как в Германии, – сказал я.

– Что вы-то знаете об этом! – вскричал Георг.

– Не так уж мало, – ответил я. – Был в одном из ваших концлагерей благодаря вам.

– Вы, червяк, вы были только в воспитательном лагере, – презрительно заметил Георг. – Но вам это не пошло в прок. Вы дезертировали после того, как вас выпустили.

– Ну и словечки вы находите, – усмехнулся я. – Если кому-нибудь удалось ускользнуть от вас, значит, он – дезертир.

– Вам было приказано не покидать Германии!

Я отвернулся. У меня было с ним довольно разговоров на эту тему еще до того, как он обрел власть сажать за разговоры в тюрьму.

– Георг всегда был идиотом, – сказала Елена. – Мускулистый недоносок. Ему нужно панцирное мировоззрение, как корсет толстой бабе, иначе он расплывется. Не спорь с ним. Он беснуется, чувствуя свою слабость.

– Оставим это, – сказал Георг более миролюбиво, чем я ожидал. – Укладывай вещи, Элен. Сегодня вечером едем обратно. Дело серьезное.

– Чем же оно серьезное?

– Будет война. Иначе я бы не приехал.

– Нет, ты все равно приехал бы, – возразила она. – Тебе просто неудобно, что сестра такого преданного члена фашистской партии, как ты, не хочет жить в Германии. Два года назад, в Швейцарии, тебе удалось добиться того, чтобы я вернулась. Но теперь я останусь здесь.

Георг ненавидяще уставился на нее.

– И все из-за этого жалкого негодяя? Значит, он опять тебя уговорил?

Елена засмеялась.

– «Негодяй», – как давно уже я не слышала этих слов. У вас и в самом деле допотопный словарь. Нет, мой муж меня не уговаривал. Наоборот, он сделал все, чтобы я осталась там. И доводы у него были получше твоих.

– Я хочу поговорить с тобой наедине, – сказал Георг.

– Это тебе не поможет.

– Все-таки мы брат и сестра.

– Я замужем, это важнее.

– Это не узы крови, – сказал Георг. – А мне ты даже не предложила сесть, – добавил он вдруг с детской обидой. – Едешь от самого Оснабрюка, и вдруг тебя заставляют разговаривать стоя.

Елена засмеялась.

– Это не моя комната. За нее платит мой муж.

– Садитесь, обер-штурмбаннфюрер, гитлеровский холуй, – сказал я. – И поскорее уходите.

Георг злобно взглянул на меня и уселся на старый диван, который жалобно заскрипел под ним.

– Неужели вы не понимаете, что я хотел бы поговорить со своей сестрой наедине? – сказал он.

– А когда вы меня арестовали, вы дали мне поговорить с ней без свидетелей?

– Это совсем другое, – проворчал Георг.

– У Георга и его любимых «партайгеноссе» всегда все другое, даже если они делают то же, что и другие, – заметила Елена саркастически.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6