сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Триумфальная арка → XXXI

– А сколько стоит рюмка «амер пикон» и кружка пива?

– Семьдесят сантимов.

Касса зажужжала. Ноль франков семьдесят сантимов.

– Дешево, – сказала Кобыла.

– У нас все должно быть дешевле, чем В.Париже, – ответила Роланда.

Девушки сдвинули плетеные кресла вокруг мраморных столиков и осторожно уселись. Оправив свои вечерние платья, они вдруг преобразились в будущих посетительниц кафе Роланды.

– Мадам Роланда, дайте нам, пожалуйста, три чашки чаю с английским бисквитом, – сказала Дэзи, хрупкая блондинка, пользовавшаяся особенным успехом у женатых мужчин.

– Семь франков восемьдесят. – Роланда нажала на клавиши. Касса сработала. – Сожалею, но английский бисквит очень дорог.

Кобыла сидела за другим столиком. После напряженного раздумья она взглянула на Роланду.

– Две бутылки «поммери», – торжествующе произнесла она. Маргарита любила Роланду и хотела сделать ей приятное.

– Девяносто франков. У нас очень хороший «поммери».

– И четыре рюмки коньяка! – фыркнула Кобыла. – Сегодня у меня день рождения.

– Четыре франка сорок.

Касса снова затрещала.

– И четыре кофе с безе.

– Три франка шестьдесят.

Кобыла с восторгом посмотрела на Роланду. Больше она ничего не могла придумать.

Девушки сгрудились вокруг кассы.

– На сколько же вы сейчас наторговали, мадам Роланда?

Роланда показала чеки.

– На сто пять франков восемьдесят сантимов.

– А чистый доход?

– Франков тридцать. Главным образом за счет шампанского. Только на нем и можно заработать.

– Неплохо! – откликнулась Кобыла. – Даже очень хорошо! Пусть вам всегда везет, как сегодня.

Роланда вернулась к Равику. Глаза ее сияли, как могут сиять лишь глаза любовников и удачливых коммерсантов.

– Прощай, Равик. Не забудь, о чем я тебе говорила.

– Не забуду. Прощай, Роланда…

Она удалилась, сильная, статная, с ясной головой – будущее было для нее просто, а жизнь хороша.

Равик сидел вместе с Морозовым перед рестораном «Фуке». Девять часов вечера, все столики на террасе были заняты. Где-то вдали за Триумфальной аркой белым, холодным светом горели два фонаря.

– Крысы бегут из Парижа, – сказал Морозов. – В «Энтернасьонале» пустуют три номера. Такого не бывало с тридцать третьего года.

– Их скоро займут другие беженцы.

– Какие же?..

– Французы, – сказал Равик. – Из пограничных районов. Как в прошлую войну.

Морозов поднял рюмку и увидел, что она пуста. Он подозвал кельнера.

– Еще графин «пуйи»… Что же будет с тобой, Равик?..

– Ты хочешь, чтобы и я на манер крысы?..

– Вот именно.

– Нынче и крысам нужны паспорта. И визы. Морозов укоризненно посмотрел на него.

– А разве до сих пор они у тебя были? И все-таки ты жил в Вене, в Цюрихе, в Испании и в Париже. Но теперь тебе пора исчезнуть.

– Куда? – спросил Равик, он взял графин, принесенный кельнером, и налил в холодную, запотевшую рюмку легкого вина. – Может быть, в Италию? Там меня поджидает гестапо. На самой границе… В Испанию? Там фалангисты.

– В Швейцарию.

– Швейцария слишком мала. В Швейцарии я был трижды. Всякий раз полиция через неделю задерживала меня и высылала обратно во Францию.

– Ну, а если в Англию? Поедешь из Бельгии зайцем.

– Ничего не выйдет. Поймают в порту и отправят обратно в Бельгию. А Бельгия – страна, противопоказанная эмигрантам.

– В Америку тебе не попасть. Как насчет Мексики?

– Беженцев там полным-полно. Да и пускают только тех, у кого есть хоть какое-то подобие документа.

– А у тебя вообще ничего?

– В тюрьмах, где я сидел под различными фамилиями за нелегальный переход границы, мне давали справки об освобождении. Сам понимаешь, это не лучшие документы. Я их тут же уничтожал.

Морозов ничего не ответил.

– Больше бежать некуда, старина, – сказал Равик. – Возможность бежать рано или поздно кончается.

– Ты, конечно, знаешь, что тебя ждет, если начнется война?

– Еще бы. Французский концлагерь. Он, безусловно, будет довольно скверным – ведь ничего не подготовлено.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6