сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Все подробности makita купить тут.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Возлюби ближнего своего → 5

– Что вы хотите, молодой друг? – спросила она с пафосом, грудным театральным голосом.

– Я хотел бы поговорить с флейлейн Голланд.

Улыбку словно смыло.

– Ах, вот что!

Шимановская с презрением посмотрела на Керна и принялась сильно стучать своими спицами.

Рут Голланд поднялась с постели. Она читала. Керн заметил, что она лежала на той кровати, у которой он стоял ночью. Внезапно его бросило в жар.

– Могу ли я вас спросить… – сказал он.

Девушка встала и вышла вместе с ним в коридор. Шимановская послала им вслед какой-то звук, похожий на храп раненой лошади.

– Вы не хотели бы пойти со мной в кино? – спросил Керн, когда они вышли. – У меня есть два билета, – солгал он.

Рут Голланд посмотрела на него…

– Или у вас другие планы? Может быть…

Она покачала, головой.

– Нет, у меня нет никаких планов.

– Тогда пойдемте, со мной. Зачем вам сидеть целый вечер в комнате?

– Я уже привыкла к этому.

– Тем хуже. Я пробыл, у вас всего две минуты и рад, что выбрался оттуда. Я думал, что меня там сожрут.

Девушка засмеялась. Внезапно она показалась Керну совсем ребенком.

– У Шимановской только такой вид. У нее доброе сердце.

– Может быть, но это не написано у нее на лице. Фильм начинается через четверть часа. Идемте?

– Хорошо, – сказала Рут Голланд неожиданно твердо.

У самых касс Керн прошел вперед.

– Минутку, я только возьму билеты. Они здесь отложены.

Он купил два билета и подумал, что она ничего не заметила. Но мгновение спустя ему было все равно – главное, что она сидела рядом. Свет в зале погас. На экране появилась касба Маракеша, красочная и освещенная лучами солнца; сверкала пустыня, а в жаркой африканской ночи раздавался дрожащий однообразный звук труб и тамбуринов…

Рут Голланд откинулась на спинку кресла. Музыка лилась на нее, словно теплый дождь, – теплый монотонный дождь, из которого мучительно всплывали воспоминания…

Она стояла у нюрнбергского крепостного рва. Был апрель. Перед ней в темноте стоял студент Герберт Биллинг, держа в руке скомканную газету.

– Ты понимаешь, что я имею в виду, Рут?

– Да, понимаю, Герберт. Это легко понять.

Герберт нервно мял в руках экземпляр «Штюрмера».

– Мое имя стоит в газете, как имя прислужника евреев! Как человека, позорящего арийскую расу! Это конец, ты понимаешь?

– Да, Герберт.

– Я должен подумать, как мне выкрутиться из этого положения. На карту поставлена вся моя карьера. В газете… Ее читают все, понимаешь?

– Да, Герберт. Мое имя тоже стоит в газете.

– Это совершенно другое дело. С тобой ничего не случится. Ты все равно не сможешь больше ходить в университет.

– Ты прав, Герберт.

– Значит, это конец, правда? Мы расстанемся и никогда больше не будем встречаться.

– Не будем… Ну, а теперь прощай.

Она повернулась и пошла.

– Подожди!.. Рут! Подожди еще минуту!

Она остановилась. Он подошел ближе. Его лицо в темноте было так близко, что она слышала его дыхание.

– Послушай, – сказал он. – Куда же ты сейчас?

– Домой.

– Тебе же не нужно сразу… – Его дыхание стало сильнее. – С этим вопросом покончено, правда? Это так и останется! Но ты бы могла… мы бы могли… как раз сегодня вечером у меня нет никого дома, понимаешь, нас не увидят. – Он взял ее за руку. – Зачем нам расставаться так, я имею в виду

– так формально. Мы бы могли еще…

– Уходи, – сказала она. – Уходи немедленно!

– Ну, будь умницей. Рут. – Он взял ее за плечи.

Она посмотрела на красивое, любимое лицо, которому доверяла, не задумываясь. Потом она ударила по нему.

– Уходи! – закричала она. В ее глазах стояли слезы. – Уходи!

Биллинг отшатнулся.

– Что? Бить? Бить меня? Ты ударила меня, вонючая жидовка?

Он сделал движение, собираясь броситься на нее.

– Убирайся! – закричала она звонко.

Он оглянулся.

– Заткнись! – прошипел он. – Ты что, хочешь натравить на меня людей! Ты способна и на это! Я ухожу. Конечно, я ухожу! Слава богу, я от тебя отвязался.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7