сайт, посвященный творчеству писателя

дозирующий насос aqua

oso-pump.ru

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Возлюби ближнего своего → 5

– Да, этого я не понимаю. Мы не часто грустили, Лила.

– Да, ты не часто грустил. Ты или злился, или был равнодушным, смеялся или был таким, каких вы называете храбрыми. Но это не храбрость.

– А что же это такое. Лила?

– Страх выдать свои настоящие чувства. Страх перед слезами. Страх, что тебя не посчитают за мужчину. В России мужчины плачут и остаются мужественными. А ты никогда не открыл своего сердца.

– Это правда, – согласился Штайнер.

– Чего ты ждешь?

– Не знаю. И не хочу знать.

Лила внимательно посмотрела на него.

– Садись к столу, – пригласила она. – Я дам тебе в дорогу хлеба и сала, как принято в России, и благословлю тебя на прощание – тебя, показное равнодушие. Вполне возможно, что ты и над этим будешь смеяться.

– Нет, не буду.

Она поставила на стол блюдо с пирогами.

– Сядь рядом со мной, Лила.

Она покачала головой.

– Сегодня ты будешь есть один. А я буду обслуживать тебя. Это твой последний ужин.

Она осталась у стола и подавала ему пироги, хлеб, мясо, огурцы. Она смотрела, как он ест, молча приготовила чай. Потом большими шагами пошла по маленькому вагону – гибкая и ловкая, как пантера, привыкшая к своей тесной клетке. Лицо ее приняло строгое и загадочное выражение, и внезапно она показалась Штайнеру какой-то библейской фигурой.

Он поднялся и достал свои вещи. Он уже обменял рюкзак на чемодан, как только достал паспорт. Открыв дверь вагона, он медленно спустился по ступенькам и поставил чемодан на землю. Потом вернулся.

Лила стояла, опершись одной рукой на стол, и смотрела таким отрешенным и невидящим взглядом, словно была уже совершенно одна. Штайнер подошел.

– Лила…

Она вздрогнула и посмотрела на него. Выражение глаз сразу изменилось.

– Совсем не легко просто так уйти, – сказал Штайнер.

Она кивнула и обняла его одной рукой.

– Без тебя я останусь совсем одна.

– Куда ты пойдешь?

– Еще не знаю.

– В Австрии ты будешь чувствовать себя в безопасности. Даже если она станет немецкой.

Она с серьезным видом посмотрела на него.

– Жаль, что все так получается, Лила, – едва слышно сказал Штайнер.

– Да…

– И знаешь, почему?

– Знаю. И ты это тоже знаешь.

Они продолжали смотреть друг на друга.

– Странно, – сказал Штайнер. – Ведь между нами – совсем небольшой кусочек времени, крохотный кусочек жизни. Все другое остается на своем месте.

– Это – не кусочек, это все время, Штайнер, – мягко сказала Лила. – Все наше время и вся наша жизнь.

Он кивнул. Лила взяла лицо Штайнера в свои руки и сказала по-русски несколько слов. Потом дала ему хлеба и немного сала.

– Съешь, когда будешь далеко отсюда. Тогда на чужбине тебе не придется есть хлеб вместе с горем. Ну, а теперь иди!

Штайнер хотел поцеловать Лилу но, взглянув на нее, решил этого не делать.

– Уходи! – прошептала она. – Уходи теперь…

Он пошел через лес. Спустя какое-то время оглянулся. Городок балаганов утонул в ночи, и не осталось ничего, кроме лихорадочного дыхания ночи, светлого четырехугольника открытой двери вдалеке и маленькой фигурки, продолжавшей стоять в неподвижности.

← предыдущая следующий раздел →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6