сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Возлюби ближнего своего → 8

Она снова упала на подушки. Рут встала. Она видела серые вздрагивающие плечи, видела нищенскую кровать в пыльном послеполуденном свете, солнечную холодную улицу за окном, дома с маленькими железными балкончиками, огромную светящуюся бутылку, висевшую высоко над крышами, – рекламу аперитива «Дюбонне», которая бессмысленно светилась, хотя было еще светло, и ей на мгновение показалось, будто все это находится где-то очень далеко, чуть ли не на другой планете.

Женщина перестала плакать. Потом медленно приподнялась.

– Вы еще здесь? – спросила она.

– Да.

– Я очень нервная и истеричная. И порой нервные припадки продолжаются целый день. Не сердитесь на меня, пожалуйста.

– Я и не думала сердиться. Просто мысли мои витали где-то в небесах, вот и все.

Рут снова присела рядом с кроватью. Она разложила перед собой образец джемпера и принялась за работу. Она не смотрела на больную, так как ей было тяжело видеть ее растерянное лицо. Девушке казалось, что, находясь рядом с больной, она просто хвалится своим здоровьем.

– Вы неправильно держите спицы, – сказала женщина через некоторое время. – Так вы будете вязать гораздо медленнее. Спицы нужно держать вот так.

Она взяла спицы и показала Рут, как их нужно держать. Потом взяла уже связанную часть и внимательно посмотрела на нее.

– Вот здесь не хватает одной петли, – сказала она. – Тут нужно снова распустить. Вот посмотрите.

Рут подняла глаза. Больная с улыбкой смотрела на нее, Лицо ее стало внимательным, сосредоточенным, целиком погруженным в работу. От прежнего выражения не осталось и следа. Бледные руки двигались легко и быстро.

– Вот так, – наконец сказала она. – А теперь попробуйте еще раз.

Брозе вернулся домой вечером. В комнате было темно. В окно глядело только вечернее небо и отливающая красным блеском огромная бутылка «Дюбонне».

– Люси? – спросил он в темноту.

Женщина на кровати шевельнулась, и Брозе увидел ее лицо. В отблеске световой рекламы казалось, что оно было окрашено нежным румянцем, словно случилось чудо и больная внезапно выздоровела.

– Ты спала? – спросил он.

– Нет, просто лежала.

– Фрейлейн Голланд давно ушла?

– Нет, всего несколько минут тому назад.

– Люси… – Он осторожно присел на край кровати.

– Мой дорогой! – Она погладила его по руке. – Что-нибудь нашел?

– Пока нет. Но я обязательно найду.

Некоторое время женщина лежала молча.

– Я для тебя большая обуза, Отто, – сказала она затем.

– Как ты можешь так говорить, Люси! Что бы я делал, если бы не было тебя.

– Был бы абсолютно свободен. Мог бы делать все, что захотел бы. Мог бы вернуться в Германию и работать.

– Вот как?

– Да, – продолжала она. – Разведись со мной. Там, в Германии, тебе это поставят в заслугу.

– Ариец, который вспомнил о чистоте своей крови и развелся с еврейкой, так что ли? – спросил Брозе.

– Да. Они наверняка говорят что-нибудь в таком духе. Они же лично ничего не имеют против тебя, Отто.

– Ничего. Зато я имею кое-что против них.

Брозе прислонил голову к спинке кровати. Он вспомнил о том, как к нему в чертежное бюро пришел его шеф и долго распространялся насчет того, что он, Брозе, прилежный работник, но что времена настали тяжелые и ему будет жалко, если Брозе придется уволить, поскольку жена у него – еврейка. После этих слов Брозе взял шляпу и ушел. Через восемь дней он в кровь разбил нос швейцару из своего дома, который был одновременно и дворником квартала, и шпиком, за то, что тот обозвал его жену вонючей жидовкой. К счастью, адвокат Брозе смог доказать, что швейцар вел за кружкой пива речи, направленные против государства. После этого швейцар исчез из их дома. Но и жена Брозе не решалась больше показываться на улице – не хотела, чтобы ее задевали сопляки в униформе. Брозе не смог найти себе работы. Тогда они уехали в Париж. В дороге жена заболела.

Зеленое как яблоко небо за окном потеряло свои краски. Оно стало мутным и темным.

– У тебя были боли, Люси? – спросил Брозе.

– Не сильные. Я только страшно устала. Внутренне.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7 8