сайт, посвященный творчеству писателя

В день лицеиста проводился конкурс стихов, посвященных А.С Пушкину

15.12.2015
19 октября во Всероссийском музее А.С. Пушкина (историческом, известном многим музее-лицее) были награждены несколько детей, победившие в конкурсе «Письмо в стихах». Конкурс был придуман такими организациями как Российская государственная детская библиотека и всероссийская государственная библиотека иностранной литературы, поддержка которым оказана агентством по печати и массовым коммуникациям.

В Биробиджане прошла II Межрегиональная конференция «Библиотеки регионов дальнего Востока»

11.12.2015
13-14 октября в одном из главных культурных центров Биробиджана, в Универсальной научной библиотеке Шолом-Алейхема, прошла конференция, посвященная языкам Дальневосточного региона. Мероприятие было приурочено к культовому Году литературы и юбилейному 20-летию библиотечной ассоциации РФ.

В Москве открывается экспозиция старинных пишущих машинок

09.12.2015
С декабря и до февраля 2016 года в столице России будет действовать выставка пишущих машинок. Можно будет увидеть самый первый писательский агрегат и тот, которым пользовались в конце 20 века. Известные пишущие машинки, на которых работали Лев Толстой, Солженицын, Пастернак, Бродский, Зощенко украсят галерею, ее создатели обещают осветить исторический экспонат со всех его сторон.
Эрих Мария Ремарк

Книги → Земля обетованная → XX

– Только днем.

– Ах, бросьте вы эти ваши шутки! Мне-то что делать? Эта стерва с ее зубодробительной вежливостью совершенно неуязвима!

– Жениться самому.

– Что? На ком?

– На девушке, которая порадовала бы сердце вашей матушки.

– Потерять свободу? Только потому, что мой братец Арнольд…

– Тем самым вы сразу восстановили бы баланс в семье, – сказал я.

– Для вас нет ничего святого, – бросил Силвер. – К сожалению.

– Есть, – возразил я. – К сожалению.

– Стойте! Эта втируша возвращается! – прошептал Александр. – Тише! У нее слух, как у воровки.

Крышка подвального люка открылась. Первым вылез Арнольд, уже слегка раздобревший от семейной жизни вообще и кулинарных искусств своей шиксы, в частности. Каролина выбралась следом, заливаясь счастливым смехом.

– Ты только взгляни, что я там нашла, Александр! – затараторила она. – Распятие из слоновой кости! Я ведь могу его взять, правда? Для вас-то Иисус ничего не значит, верно? Ведь это вы его распяли! Даже странно, что вы им же еще и торгуете. Арнольд не против, что я его беру, ты ведь тоже, правда?

Александр снова чуть не задохнулся. Он выдавил из себя что-то невразумительное насчет свободы искусства, которое принадлежит всем, и вынужден был стерпеть от Каролины еще и поцелуй.

– Приходи сегодня ужинать! – пригласила она. – Сегодня у нас даже будет – как же это? – ах да, кошерное! На закуску рубленая куриная печенка с жареным луком.

В ослепительной улыбке она обнажила все свои многочисленные зубы. Казалось, еще немного, и Александра хватит удар.

У нас с господином Зоммером сегодня дело, – пропыхтел он наконец.

А перенести никак нельзя? – кокетливо спросила она, стрельнув в меня глазками.

– Сложно, – ответил я, перехватив взгляд Александра, отчаянно моливший о помощи. – У нас в Гарлеме важная встреча. С выдающимся коллекционером.

– В Гарлеме? В этом негритянском районе? Как интересно! Случайно не в танц-клубе «Савой»?

– Нет. Он миссионер с четырьмя детьми. Редкостный зануда, но очень богат. Глава администрации района Гарлем-Юг.

– А что он собирает? – не унималась Каролина. – Негритянскую скульптуру?

– Совсем нет. Венецианские зеркала.

Каролина опять залилась своим дробным, переливчатым смехом.

– Ну до чего странно! Чего только не бывает на свете! Пойдем, дорогой! – По-хозяйски уцепившись за Арнольда, она уверенно протянула Александру ручку для поцелуя. – Вы оба такие странные! – щебетала она. – Такие серьезные! Такие милые! И такие странные!

Я смотрел ей вслед. Словечко «странные»в сочетании со смешком нечаянно разбудило мою память. Оно напомнило мне одного врача в концлагере, заключенные прозвали его Хохотунчиком. Этот всех больных тоже считал странными и, заливаясь смехом, до тех пор стегал их кнутом, покуда те сами не заявляли, что совершенно здоровы. Такое вот медицинское обследование.

– Что с вами? – теребил меня Александр Силвер. – На вас лица нет. Значит, вас эта чума неистребимая тоже доняла уже? Вот как, скажите, с ней бороться? Она кидается на тебя со смехом, поцелуями и объятиями, невзирая ни на что. Арнольд конченый человек, вы не находите?

– Для конченого человека у него вполне довольная физиономия.

– На удовольствиях недолго и в ад въехать.

– Наберитесь терпения, господин Силвер. Развод в Америке – штука очень простая и совсем не катастрофа. На худой конец, Арнольд всего лишь обогатится новым жизненным опытом.

Силвер посмотрел на меня. – Вы бессердечный, – заявил он.

Я не стал возражать. Смешно возражать на такое.

– Вы и правда надумали снова пойти в адвокаты? – спросил я.

Александр ответил каким-то невнятным судорожным жестом.

– Тогда снимите объявление о распродаже, – посоветовал я. – Все равно ведь никто на это не клюнет. К тому же зачем продавать себе в убыток?

– Себе в убыток? И не подумаю! – встрепенулся Силвер. – Распродажа вовсе не значит себе в убыток! Распродажа – это просто распродажа. Разумеется, мы не прочь кое-что на ней заработать.

– Тогда ладно. Тогда оставляйте ваше объявление. Такой подход меня вполне устраивает. И тихо-спокойно ждите развода вашего Арнольда. В конце концов, вы оба адвокаты.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11